Марина Ахмедова: Как написать психологический портрет героя

…так, чтоб он сам рассказал о своих темных и светлых сторонах. Ноу-хау специального корреспондента журнала «Русский репортёр». Марина Ахмедова – автор книг «Женский чеченский дневник», «Дом слепых», «Дневник смертницы. Хадижа», а также нескольких десятков материалов  в журнале «Русский репортер», где она работает уже шесть лет. Ее нашумевший репортаж о наркоманах «Крокодил», удаленный с сайта издания по распоряжению властей, лег в основу еще не дописанной повести «Яблоко», фрагменты которой уже доступны в сети. Марина пишет на социальные темы, а вернее, проживает жизни – учителей, продавцов цветов, проституток, наркозависимых, туберкулезников и террористок-смертниц. Журналистка называет свой метод работы прямым включением, потому что, работая «в поле», забывает о себе и полностью растворяется в ситуации или герое. Об игре и провокации в интервью, доведении собеседника до кондиции и других авторских приемах Марина Ахмедова рассказала во время встречи со студентами и гостями  Школы журналистики УКУ.



Марина Ахмедова: Как написать психологический портрет героя

Репортажи, дневники и книги Марины Ахмедовой часто вызывают негодование публики. Героями ее текстов обычно становятся люди из групп риска – бездомные, наркозависимые, алкоголики и другие люди, которых привыкли считать «дном общества». Общественность отстраняется от них, а журналистку обвиняют в том, что она нарочно вытягивает на поверхность самую гадкую «чернуху». Она же убеждена, что эти люди – не дно, а будничная реальность общества, и их жизненные ситуации – скорее тенденция, чем нечто экстраординарное. На их месте может оказаться каждый. Реакция же читателей, их нежелание знать о бедности, болезнях, наркомании, жестокости и смерти – естественная агрессия в ответ на неприятную правду. Недаром психбольницы и тубдиспансеры расположены на окраинах больших городов, а с улиц Москвы, где живет Марина, исчезают бездомные собаки. Люди, по словам журналистки, пытаются выдавить из мегаполисов все болевые точки.

Она же уверена, что о социальных проблемах нужно больше говорить и писать, чтоб они вызывали общественный резонанс и решались эффективнее. «”Крокодил” обвинили в пропаганде наркотиков и использовании нецензурных слов, - говорит Марина. – Но никто из представителей власти не спросил у меня адреса аптек, где можно без рецепта купить ингредиенты для наркотика».

В реальной жизни от людей из групп риска отстраняются еще категоричней. Поэтому ничего удивительного в том, что Марине Ахмедовой часто приходится отвечать на вопросы своих героев: «ну кому интересно о нас читать?», «разве что-то изменится, если вы о рас расскажете?», «пишут-пишут, а где результат?». Порой приходится проявлять настойчивость, убеждая героев в том, что им стоит раскрыться. Для того, чтобы заслужить доверие героев, она вынуждена делить с ними быт, перенимать их образ жизни. Готовя репортаж «Крокодил», Марина жила в квартире, где наркоманы варили наркотик и кололись, ела из их посуды, носила их одежду. «Я очень брезглива. Каждый глоток давался мне через силу, - вспоминает она. – Но я видела, что они за мной следят. И если я хотела, чтоб герои мне открылись, я не имела права показывать, что брезгую».

Чтоб раскрыть героя, порой приходится прибегать к игре и провокации. Например, высказывать мысли, которые вряд ли решился бы высказать в другой ситуации, или быть резче, чем обычно. Марину Ахмедову много критиковали за интервью с кемеровским учителем: мол, перешла все возможные рамки дозволенного в общении, обидела грубыми вопросами прекрасного человека и учителя. Но ведь, парирует журналистка, о том, насколько прекрасен этот учитель, читатели узнали из самого текста! Она понимала, что имеет дело с уникальным педагогом, но он был довольно мягким и закрытым человеком, и добраться до его истинной сути было сложно. Вот и пришлось задавать провокационные вопросы.

Марина Ахмедова уверяет, что вымысел в репортаже для нее неприемлем. Она стремится показать героев такими, каковы они есть, посредством их же слов. «У людей бывает шок, когда они читают о себе. Ощущения, будто они смотрят на себя в увеличительное зеркало», - объясняет спецкор «Русского репортёра». Часто герои репортажей и интервью стремятся «подправить» картинку, убрав из текста наиболее ценное из сказанного. Поэтому Марина принципиально никогда не визирует интервью. А чтобы не было претензий, записывает все на диктофон: «Не хочешь говорить чего-либо журналисту – не говори».

Одна из главных предпосылок для создания успешного репортажа – отправляться «в поле» без четко продуманного плана действий. Приезжать на задание с домашней заготовкой, под которую потом подгоняется текст, Марина Ахмедова считает неправильным: если ты все знаешь, нет смысла никуда ехать. Лучше тогда остаться в редакции и писать аналитику. «В поле» же нужно начинать все с чистого листа. И список вопросов перед интервью она тоже не составляет, ограничиваясь опорными точками разговора. Вопросник, по мнению Марины, зачастую приводит к тому, что журналист не слушает ответов собеседника. Предвзятость в общении с героем, субъективное отношение к нему мешает увидеть другие стороны человека, которого нужно раскрыть.

Не всегда такой подход по нраву читателю. Например, интервью с настоятелем Киево-Печерской Лавры , «Цветок, доросший до небес», состоялось спонтанно – в Киеве, во время первой и последней поездки Марины Ахмедовой в пуле московского патриарха Кирилла, ее просто отвели к архиепископу Павлу и предложили пообщаться. Говорить она решила о цветах, потому образ владыки Павла, созданный в этом материале, далек от привычного читателям украинских СМИ.  «К этому человеку можно относиться как угодно, - рассказывает журналистка. – Я видела его впервые и ничего о нем не знала. Но даже если бы я знала, на каких машинах он ездит или, например, нарушает ли он пост, он был бы интересен мне с другой стороны. Я писала его психологический портрет. Мое интервью вовсе не противоречит его деяниям, я пыталась вытянуть то, что у него в глубине души».

Обвинять человека, даже если он грешен, в интервью не стоит – лучше сделать так, чтоб он сам повинился. Для того, чтобы герой заговорил о своих недостатках, Марина доводит его до кондиции. «Я интересуюсь этим человеком. Вползаю в него как змея, люблю каждого своего героя, кем бы он ни был. Даже если это Рамзан Кадыров», - объясняет журналистка.

Определить, что собеседник дошел до кондиции, можно по его взгляду, интонации или другим психофизологическим характеристикам. Например, о том, что Кадыров «готов», Марина Ахмедова узнала, когда после ответа на вопрос, где он покупает себе одежду, спросила президента Чечни: «Когда кончится война?». «Уже кончилась», - ответил он, но после добавил, что продолжит уничтожать боевиков, пока не расправится со всеми, купив им «билет на тот свет в одну сторону». Это и были фразы, ради которых стоило проводить интервью.

Составляющие репортажа Марины Ахмедовой

Сверхидея – это смысл, который несет репортаж, его основное сообщение. Иногда его можно описать одним предложением, иногда оно передается всем текстом. Сверхидея всегда нова, свежа и небанальна, ведь нет смысла сообщать читателям то, что они уже знают. Если в тексте нет сверхидеи, лучше его вообще не публиковать.

Эффект присутствия. Задание репортера – описать все так, чтоб человек на миг оказался на месте событий и ощутил то, чего, возможно, автор не пережил и сам. Журналист на свое усмотрение описывает увиденное, задает необходимые вопросы, и, если это не событие вроде убийства Каддафи, выбирает ракурс, с которого лучше показать увиденное.

Детали. Репортаж состоит из опорных точек, которые журналист успевает запомнить, записать на диктофон или в блокнот. Репортер – своеобразный инструмент для наблюдения, тому важно, чтоб он зафиксировал самые важные детали. Каждая  деталь значима, и ее присутствие в тексте должно быть оправдано. Как, впрочем, и любого другого элемента.

Расшифровка. Это чрезывчайно утомительная работа, без которой журналист не дойдет до самого главного – написания текста. «В поле» Марина Ахмедова обычно проводит два-три дня. Вернувшись домой, конвертирует абсолютно все записи в текст. По ее словам, написание текста – магия, и всю работу от начала до конца нужно сделать собственноручно, не доверяя расшифровку посторонним. Кроме того, во время расшифровки появляется видение структуры будущего репортажа.

Структура. «Автор должен ощущать текст как собственное тело, знать, где у него голова, а где сердце. Начало и конец репортажа должны зацикливать репортаж, а идея – закруглять его», - говорит Марина Ахмедова. Также для текста важен ритм, вдыхающий в него жизнь. Убери из предложения хоть одно слово, и ритм собъется.

Субъективность – это то, от чего стоит избавляться в репортаже, но чего нельзя избежать полностью. Включаясь в ситуацию, журналист пропускает все происшедшее и сказанное через себя, задает определенные вопросы, определяющие ракурс воспроизведения ситуации. Однако репортаж как жанр предусматривает наименшую меру субъективности, он – о людях, событиях и местах. Зато в блоге или дневнике репортера высказывания собственных соображений вполне оправданно.

Слово героям. В текстах Марины Ахмедовой много прямой речи. Это обогащает текст и позволяет избежать одинакового звучания персонажей. Блоки, разбивающие диалоги, автор комбинирует таким образом, чтоб они вызывали эмоции.

Эмоции. Когда Марина пишет репортаж, она фактически продлевает свое погружение в описываемую ситуацию и постепенно вытягивает из себя клубок собранных «в поле» эмоций и ощущений. Это не значит, что текст наполняется слезами, сочувствием или жалостью. Наоборот, она избегает прямых посылов и поучений – они не работают. «В тексте о наркоманах главный месседж – “не употребляйте наркотиков”, - говорит журналистка. – Но он ни в коем случае не будет сформулирован так: “не употребляйте наркотиков, потому что это плохо”. Лучше передать его по-другому: “не употребляйте наркотиков, потому что это выглядит вот так».

Кристина Бондарева, для «Редакторского портала»

Фото Анастасии Гавришовой

Комментарии
Войдите через социальную сеть
«В Генеральной прокуратуре Украины официально заявили, что пропавший из-под домашнего ареста бывший ректор Налоговой академии Петр Мельник находится в США, в штате Калифорния.»
«В Генеральной прокуратуре Украины официально заявили, что пропавший из-под домашнего ареста бывший ректор Налоговой академии Петр Мельник находится в США, в штате Калифорния.»
«В Генеральной прокуратуре Украины официально заявили, что пропавший из-под домашнего ареста бывший ректор Налоговой академии Петр Мельник находится в США, в штате Калифорния.»
«В Генеральной прокуратуре Украины официально заявили, что пропавший из-под домашнего ареста бывший ректор Налоговой академии Петр Мельник находится в США, в штате Калифорния.»
«В Генеральной прокуратуре Украины официально заявили, что пропавший из-под домашнего ареста бывший ректор Налоговой академии Петр Мельник находится в США, в штате Калифорния.»
 
«Не покладайтеся на власну «редакторську інтуїцію». Ви маєте справу з інформаційними технологіями - і тут керують алгоритми!»
Віталій Гордуз, керівник інтернет підрозділу УМХ
Цифрова реклама у регіональних ЗМІ: як її нарощувати?
Самое читаемое